Сенсей Нобуйоши Тамура, 8-й Дан Айкидо Айкикай, родился 2 марта 1933 года в Осаке. Он очень рано начал практику воинских искусств, очень быстро усваивал технику, на протяжении многих лет был одним из любимых учеников Основателя Айкидо Морихея Уэсибы. С момента своего прибытия в Марсель в 1964 году, шихан Тамура посвятил более 40 лет своей жизни развитию Айкидо во Франции и Европе.

Сын Основателя Айкидо, Дошу Киссомару Уэсиба свидетельствует: «Нобуйоши Тамура не просто давнишний ученик Хомбу Додзё, занимавшийся под персональным руководством Основателя, он является шиханом, который практикует в полном согласии с нами, и как шихан высокого уровня, уехавший для развития Айкидо во Францию, пропагандирует благородное и возвышенное Айкидо во всем мире».

Вопрос: Приходилось ли Вам реально применять Айкидо?

Тамура: Мы здесь, когда разговариваем с Вами, тоже реально используем Айкидо. В принципе, Айкидо – это работа, которую можно использовать в повседневной жизни. Вот это интересно и это важно. Для того, чтобы использовать эти вещи в драке, не надо изучать Айкидо. Это другой мир, это Каратэ или что-нибудь еще другое. Айкидо – это такой мир, который не приводит к столкновениям. Мы находимся на другом уровне сознания, поэтому Айкидо не предназначено для таких вещей. Я надеюсь, что Вы тоже так думаете.

Вопрос: Какие акценты расставлял О-Сенсей в обучении, и что Вам запомнилось в этой связи?

Тамура: Он никогда этого не делал. Сейчас Айкидо развивается не так, как тогда. Сейчас есть преподаватель, и есть ученики. И преподаватель объясняет: «Вот это главное, обратите внимание, что это главное». Раньше мы изучали Айкидо не так. Была как бы совместная тренировка с Основателем. Он ничего не объяснял. А мы воспринимали то, что он показывал, тот образ жизни, который он вел. Так же, как в средние века: если кто-то владел специальностью или искусством, он брал учеников в услужение, как, например, О-Сенсей взял меня. Ученики помогали мастеру, и постепенно, шаг за шагом, осваивали то дело, которым занимался мастер.

Вопрос: Объяснял ли он тонкости проведения приемов?

Тамура: Объяснения делались спонтанно. Иногда он объяснял какой-то прием, какое-то движение; иногда, но не всегда; и мы были вынуждены понимать многое сами. Не все было понятно, потому что он объяснял на другом уровне. А для нас было важно знать, куда поставить ногу или повести руку. И мы иногда не могли правильно понять прием. Приходилось иногда ждать целый месяц, когда он вернется к этому приему. Мы внимательно смотрели на то, что нам не было понятно; смотрели, и как бы находили ответ. А иногда он подправлял и говорил, что вот эту ногу надо поставить вот сюда.

Вопрос: От этого, наверное, и пошло разное понимание разными мастерами одних и тех же приемов?

Тамура: Если взять, например, технику иккё, то для меня она сегодня одна, а завтра другая. Это совершенно нормально. Просто понимание техник меняется с течением времени, и это нормально. Даже если Вы меняете что-то со временем, Вы должны идти к одной точке. Дело в том, что каждый видит только одну часть предмета или явления. Те мастера, которые говорят, что «именно так этот прием проводил О-Сенсей», - они видят это только с одной стороны. Это также как, например, рука. Вы смотрите на мою руку с одной стороны, а я с другой, и мы говорим об одной и той же руке совершенно по-разному; но нужно владеть пониманием того, что такое рука в целом. В один день Вы посмотрели на руку так, а в другой день Вы посмотрели сверху, снизу. В конце концов, Вы сможете сказать: «Я понял это». Исходя из этого можно понять, как О-Сенсей объяснял ту или другую технику.

Если взять, например, технику иккё, то для меня она сегодня одна, а завтра другая. Это совершенно нормально. Просто понимание техник меняется с течением времени, и это нормально.

Вопрос: Что Вы могли бы рассказать об О-Сенсее? Что он любил? Какие-то его интересные черты? Может быть, какие-то истории, характеризующие его?

Тамура: Это слишком большой вопрос. Трудно, увидев впервые портрет человека, сразу же сказать, какой на нем изображен человек – плохой или хороший. Я пришел в додзё, и первое мое впечатление было от его техники, от его тренировки. Это не совсем так, как это бывает в школе, когда Вы приходите туда ребенком. Когда ребенком Вы пришли в школу, Вы видите преподавателя и не можете выбрать другого. Вы должны следовать за ним, потому что Вы обязаны. В Айкидо несколько иначе, потому что мы можем выбирать учителя.
А с другой стороны, он был для меня как отец. Между нами была разница в 50 лет, он давно уже был седой.
Мэтр Уэсиба больше любил разговаривать с красивыми девушками, чем с нами. В 1961 году я еще не был женат, и все время находился рядом с мэтром. Я был все время в зале, а он предлагал мне сходить на пляж, провести время с девушкой. Он был очень человечный. Иногда он впадал в ярость, но через несколько минут отходил.

Вопрос: Что он особенно не любил?

Тамура: Он не ел мяса, рыбу, не прибегал к алкоголю. Мэтр не пил сакэ, и я тоже не мог. Но когда ему предлагали, он не говорил «нет», а говорил: «Спасибо, спасибо», чуть-чуть пригубливал и ставил на место.

Вопрос: Правда ли, что О-Сенсей был награжден высшей наградой Японии – Орденом Пурпурной Хризантемы, которая присуждается за выдающиеся заслуги перед нацией?

Тамура: Вы знаете, что в Японии есть император. Существует определенная система награждения. Давать все эти медали, и тому подобное, в качестве наград придумали французы (легкий кивок головы в сторону сидящего рядом Жака Бонмезона (6-й Дан), старшего ученика сенсея Тамуры; присутствующие смеются). Раньше человеку, который хорошо работал, давали землю, рис и т.д. Мэтра Уэсибу наградили медалью, которая была принята в Японии и которую во время войны и после войны давали тем людям, которые внесли какой-то вклад… Я вспоминаю, что О-Сенсей действительно получил такой орден. Это не медаль, а именно орден, достаточно высокой степени. Вака-сенсей (имеется в виду внук Основателя, Уэсиба Моритеру), который тогда был маленький, играл с ним как с игрушкой.

Вопрос: С какого возраста можно начинать заниматься Айкидо?

Тамура: Это зависит от преподавателя. Можно в 5-6 лет, если это преподаватель, который дает хорошее направление занятий. Я предпочитаю, чтобы детей начинали учить с малого возраста. Но если этим занимается менее квалифицированный преподаватель, тогда лучше начинать не с детского возраста, потому что потом будет трудно перестроиться. Ребенок не может сам судить о том, какая техника у какого преподавателя. Взрослый может выбрать себе преподавателя, а ребенок вынужден следовать за тем, к кому он попал. Если это хороший преподаватель, то можно начинать с раннего возраста. Я не знаю, верно это или не верно, но мне кажется так.

Вопрос: Расскажите, пожалуйста, о последних годах жизни О-Сенсея.

Тамура: Я не был в это время в Японии, я уже уехал в Европу. Я спрашивал многих людей об этом периоде жизни О-Сенсея, но у всех людей разная память. Мой коллега Кобаяши, который в настоящее время находится в Швеции, говорил, что в конце жизни он был очень болен, у него был рак печени. Он очень похудел. Когда он умер, в его теле было всего 47 килограммов веса. Но он был совершенно спокоен; он как бы возвращался, как возвращаются домой.
К несчастью, я не был в Японии в то время. Я до сих пор спрашиваю моих коллег, как это произошло. Каждый сильно переживал смерть О-Сенсея, поэтому все рассказывают неодинаково.

Вопрос: Известно, что О-Сенсей был приверженцем религиозного направления Омото Кё (Omoto Kyo). Насколько большим был вклад Омото Кё в трансформацию старого Айки-дзюцу в Айкидо? Насколько оно было духовным наполнением оболочки техники? Являетесь ли Вы приверженцем этого направления и насколько оно представлено в современной Японии?

В тай-цзи и йоге – вдох, выдох и движение. В Айкидо то же самое, так как все это построено на дыхании. Это имеет общий смысл. Каждый ищет свой путь, но каждый приходит к единой общей цели.

Тамура: Я не изучал это направление религии. У меня на самом деле было мало контактов с ним. Я читал и слышал, что мэтр Дэгучи (духовный наставник Морихея Уэсибы в направлении Омото Кё) был человек очень крепкий физически и духовно. Он оказал сильное влияние и в финансовом плане. Если Вы читали биографию Уэсибы, Вы могли там прочитать, что произошло в этом плане. Когда мэтр Уэсиба получил известие о тяжелой болезни отца, он находился на другом конце Японии, на Хоккайдо. Тогда было очень трудно добираться из одного конца Японии в другой, на это уходило 2-3 дня. По дороге домой к отцу мэтр Уэсиба заехал к мэтру Дэгучи, чтобы попросить его помочь умирающему отцу. Мэтр Дэгучи сказал ему в ответ, что отец уже умер, и хотя уже ничего нельзя сделать, следует искать утешения в том, что отцу мэтра Уэсибы стало лучше, ибо он отправился в рай. После похорон отца мэтр Уэсиба, который хотел первоначально отправиться в школу Дайто-рю, отправился вновь к мэтру Дэгучи для молитв и успокоения после печальных событий. И мэтр Дэгучи тогда говорит: «Вот тебе додзё, и можешь здесь работать».

А затем он с мэтром Дэгучи поехал в Монголию, потому что в это время они хотели построить райский уголок на земле, уголок того рая, который бывает на небе. Там они общались с разными верующими людьми. Однажды они поехали в общину, и их окружили и взяли в плен китайцы. Они были приговорены к расстрелу. Мэтр Дэгучи сказал: «Ну, все кончено. Я забираю с собой 5-6 человек в рай». Но, к счастью, один японский торговец проезжал по этому месту, он узнал об этом и срочно поехал в японское посольство. Посольство вступило в контакт с китайцами.

Группу людей, в которой находились мэтр Дэгучи и мэтр Уэсиба, уже поместили в камеру для того, чтобы расстреливать, но, к счастью, такие вещи (организационно) раньше не всегда работали, и это потребовало какого-то времени. За это время появились люди из посольства, которые смогли это остановить.

Практически Морихей Уэсиба перешел ту грань, которая отделяет живых от мертвых, и этот опыт дал ему очень много внутренне. Но это благодаря мэтру Дэгучи, потому что если бы с ним был кто-то другой, то это все могло быть иначе. Мэтр Дэгучи подготовил его духовно к проходу от жизни к смерти.

Вопрос: На видеозаписях, которые попадали к нам, мы видели различные проявления Айкидо, которые выходят за рамки средних возможностей человека. Например, О-Сенсей сидя сдерживает натиск четырех молодых людей, толкающих его в лоб. Доводилось ли Вам видеть такие вещи, выходящие за грань обычного?

Тамура: Это не сверхреальное, а нормальная тренировка. Это концентрация физическая и механическая. Если Вы каждый день будете делать кокью-хо, Вы добьетесь того же. (Не прекращая объяснений, сенсей Тамура садится на татами, демонстрирует кокью-хо, а затем просит молодого человека толкать его в лоб. Все попытки столкнуть сенсея оказываются безуспешными). Это та же самая система. Это не чудо. Это все смогут сделать. Если Вы сумеете гармонизировать силу, Вы сможете все.

Вопрос: Вчера Cенсей упомянул, что движения в разминке взяты из тай-цзи. В то же время некоторые движения тай-цзи очень напоминают движения Айкидо. Приходилось читать упоминания к